http://www.newsland.ru/news/detail/id/342287/
Сколько стоит умереть от рака
Для лечения раковых заболеваний люди продают дома. Но и этих денег не хватает.
Рассказов о том, насколько дорого для пациента пребывание в коридорах этого медучреждения, слышишь множество. Правда, лишь единицы собеседников решаются назвать свою фамилию. Понять можно: им еще лечиться, а потому жаловаться на медиков опасно.
Впрочем, о прейскурантах "онкобизнесцентра", как прозывают в народе ростовский НИИ онкологии, корреспондент "РГ" знает и из собственного опыта: некоторое время назад на больничной койке здесь оказалась моя мама. Толстые ковры в холлах, картины - на стенах. А на дорогущих кожаных диванах - таблички с предупреждением для пациентов: "Не садиться". Таким предстал предо мной ростовский центр для онкологических больных.
- Можете помочь нам со строительством, - сразу заявила мне старшая медсестра, пряча в стол деньги
за пребывание в больнице.
Сумма выходила и по тем временам немалая: 6 тысяч рублей - за палату, 1200 - за три дня работы медсестрам, 1300 - за наркоз, 3 тысячи - лично заведующей отделением. Откуда взялись эти цифры, было не ясно. А на мой наивный вопрос: "Где же касса
?"- старшая медсестра завела меня в свой кабинет: "Платите, не стесняйтесь". Ни квитанции об оплате, ни другого платежного документа я не получила.
Судя по словам других пациентов онкоинститута, сценарий оплаты один и тот же. Помимо платы за операцию больному надлежало приобрести за свой счет
лекарства и необходимые для работы медиков товары: одноразовые пеленки, четыре простыни, причем одна непременно новая, кусок мыла, две лампочки, коробка чистящего порошка...
- Вы не переживайте, дежурить около больного родственникам не нужно, - уверяла меня улыбчивая врач. - У нас прекрасные медсестры, хорошее питание.
"Прекрасный уход" моя мама ощутила уже в первую послеоперационную ночь. Обессиленная и беспомощная, она тщетно пыталась докричаться до персонала. Ни один звонок вызова в палате не работал, а медсестры не удосужились хотя бы раз за ночь проведать больных. О еде не говорю. Серая каша, похлебка с запахом, способным убить всякий аппетит, ржавые ведра, в которых больным разносили пищу... Безусловно, менеджменту НИИ онкологии нужно отдать должное: деньги зарабатывать умеют. К услугам
пациентов сразу две аптеки с ценами в два-три раза выше среднегородских. Видимо, в расчете на приезжих, составляющих большинство здешних больных.
Ежегодно на лечение онкобольных государство выделяет порядка четырех евро на душу населения. Это даже по самым приблизительным расчетам не меньше полумиллиарда рублей в год. Однако социологический опрос фонда "Общественное мнение" показывает, что 42 процента таких больных совершенно не обеспечены необходимыми для лечения медикаментами. Причем речь идет не о дорогостоящем инновационном лечении, где стоимость препарата колеблется от 400 до 5 тысяч долларов, а о рядовой онкооперации и химиотерапии.
Уже несколько лет в Ростовской области работает областная целевая программа "Онкология", в которую заложено 346 миллионов рублей. И, по словам ростовских онкологов, больные раком получают бесплатное лечение.
- Согласно Конституции у нас все здравоохранение бесплатно и онкология - не исключение, - говорит главный онколог Ростовской области Евгений Глумов. - Операция, лекарства пациенту предоставляются бесплатно. Больной получает у нас как основную базовую терапию, так и дорогостоящие, эксклюзивные препараты, если это необходимо. Хочу подчеркнуть, что речь идет о лечебных заведениях, подчиненных минздраву Ростовской области. НИИ онкологии к ним не относится. Это заведение не в нашей компетенции. Я могу говорить только о той части больных, которых мы направляем в онкоинститут по программе получения высокотехнологичной медицинской помощи. Нам выделяется определенное количество квот, по которым больным в онкоинституте должны провести бесплатное лечение. Как проводится лечение за пределами квот, я не знаю.
Возникает вопрос: так в НИИ онкологии обязаны лечить бесплатно или могут за деньги? Кстати, денежный вариант вовсе не исключается, если это все делается официально и за качество лечения и услуг по реабилитации больных можно четко спросить. Но ведь дело-то в том, что в самом НИИ онкологии Ростова-на-Дону утверждают: лечение всех без исключения пациентов проводится бесплатно. И даже сервисные палаты предоставляются на безвозмездных условиях.
- Наше учреждение настолько социально значимое, что мы принимаем практически всех, за исключением умирающих через два дня. Нельзя же повышать смертность, - заявляет главный бухгалтер Ростовского НИИ онкологии Елена Меньшикова. - Платных услуг и палат в нашем медучреждении нет ни в каком виде. У нас есть генеральное разрешение агентства по высоким технологиям на проведение платных операций и диагностических исследований. Однако мы этого не делаем. Сервисные палаты, конечно, существуют, но мы тоже не берем за них никакой платы. Может, вы платили
лично кому-то, но официальной оплаты в нашем медучреждении никакой нет. Два раза в месяц мы проводим дни открытых дверей, когда любой человек может получить бесплатную консультацию наших профессоров.
Какие неофициальные поборы ожидают пациента за открытой дверью, главный бухгалтер скромно умалчивает. С учетом ежегодного прироста заболеваемости рака на 0,5 - 1 процент (а только в 2008 году курс лечения в онкоинституте прошли примерно 28 тысяч пациентов) о своих доходах специалистам НИИ даже в условиях кризиса можно не беспокоиться
|
